Смертельный удар по золотой орде

золотая_орда

Смертельный удар по золотой орде

Самая крупная битва XIV века произошла на Тереке!

Из всех сражений, выигранных Тамерланом, битва на Тереке была самой грандиозной как по числу участников, так и по своим геополитическим последствиям. Именно после нее Золотая Орда прекратила свое существование.

Междоусобицы раздирали Золотую Орду с 1357 года, с момента кончины великого хана Джанибека и последовавшей за этим «Великой Замятии» между претендентами из числа чингизидов (потомков Чингисхана).

Воспитанник становится врагом

Единое государство со столицей в Сарай-Бату фактически раскололось на две Орды — Белую и Синюю, которые иногда и ненадолго снова объединялись под властью какого-нибудь особенно удачливого великого хана.

В 1377 году началось противостояние между Тохтамышем и темником Мамаем, который, в отличие от соперника, чингизидом не был и продвигал в великие ханы своих марионеток. Тохтамышу в этой борьбе подыграл московский князь Дмитрий Донской, разбивший Мамая на Куликовом поле. Тохтамыш же, добив Мамая, захватил и сжег Москву, чем наглядно продемонстрировал, что говорить о свержении татаро-монгольского ига пока рановато.

Еще больше, чем Дмитрию Донскому, своими успехами новый хозяин Золотой Орды был обязан среднеазиатскому властителю Тамерлану, которого европейцы именовали Тимуром или Железным Хромцом (поскольку он хромал после ранения в ногу).

Родившись в 1336 году, он был на шесть лет старше Тохтамыша и свою молодость посвятил установлению контроля над одним из самых населенных и процветающих регионов Монгольской империи Маверан-нахром, примерно ограниченным бассейнами Сырдарьи и Амударьи.

В 1370 году на собравшемся в Балхе курултае его провозгласили эмиром Турана. С таким титулом можно было замахнуться на покорение территорий от Китая до Египта, хватило бы силенок. Тимур и замахнулся.

Тохтамыш интересовал его как союзник, способный прикрывать строящуюся империю с севера. Однако, укрепив свою власть, Тохтамыш начал затевать походы на Кавказ — в регион, который сферой влияния Золотой Орды не считался. И даже более того, поддержал мятежных беков Маве-раннахра. Понятно, как отреагировал на это Тимур. Он, можно сказать, Тохтамыша на помойке нашел, помыл, накормил, на золотоордынский престол посадил, и вдруг такая неблагодарность.

Месть Железного Хромца

Разобравшись с мятежниками, Железный Хромец затеял грандиозный поход в самое сердце Золотой Орды.

В июне 1391 года на реке Кундурча (современная Самарская область) произошло сражение, в котором, по ряду свидетельств, могло участвовать до полумиллиона воинов.

Тохтамыш потерпел поражение, и Тамерлан вернулся в свою столицу Самарканд, где стал готовиться к новым кампаниям: его интересовали Иран, Ирак, Сирия.

Казалось, что бродивший «хромой уткой» в поволжских степях Тохтамыш в ближайшее время будет добит кем-нибудь из соперников-чингизидов. Но он выжил и уже к лету 1392 года снова вполне прочно сидел в Сарае.

Армия Тимура в этот период занималась покорением Ближнего Востока. Тохтамыш отправил послов к турецкому султану Баязиду и правившим в Сирии мамлюкам с призывом как-то координировать свои действия. Адресаты, конечно, не возражали, но партнеры просто не поспевали согласовывать свои ходы на военном и политическом поле.

Пройдясь по Сирии, Тимур развернулся в обратный путь, решив по дороге заглянуть в Грузию, немного разжиться продовольствием.

Тохтамыш выслал на Кавказ ордынские отряды, которые начали методично перерезать коммуникации противника, что скомкало у Железного Хромца весь замысел.

Не желая распылять силы, Тамерлан провел армию через Дербентский проход и вторгся в Ширванское ханство (современный Азербайджан). Союзный Тохтамышу народ кайтаков полностью истребили, после чего устроились на зимовку. Одновременно в Мавераннахр помчались гонцы с приказом прислать подкрепления. Весной 1395 года Тимур решил разделаться с Тохтамышем окончательно.

«Рогами» вперед

Сражаться предстояло двум армиям, имевшим общего «предка» — конную орду Чингисхана.

От «потрясателя Вселенной» они унаследовали разделение на десятки, сотни, тысячи и тумены (десять тысяч). Но конница разделилась на легкую и тяжелую.

Легкая вела разведку, осыпала противника стрелами, заманивала в ловушки и осуществляла преследование. Тяжелая сходилась в рукопашном бою; копье на копье, сабля на саблю.

В войсках Тимура удельный вес пехоты был большим и мог доходить до половины от общей численности. Главной его мобилизационной базой был земледельческий Мавераннахр, где господствующая верхушка в лице потомков монголов все больше сливалась с покоренным полтора века назад населением Хорезма.

Ордынцы Тохтамыша представляли собой более пеструю компанию из народов Поволжья и Западной Сибири, причем не обязательно мусульман -хватало среди них и язычников, и христиан, и буддистов.

Удельный вес пехоты был меньшим, но она могла располагать «тюфяками» (предшественниками артиллерийских орудий) и самопалами, которые по дальности и точности стрельбы, конечно, уступали лукам, зато пробивали любые доспехи. Использовались и метательные орудия с железными ядрами и набитыми горючей смесью глиняными шарами.

Однако, поскольку основу армий составляла именно конница, тактика у противников была схожей, с очевидными заимствованиями друг у друга.

Основу боевого порядка составлял «хилял» (полумесяц) с выступающими в сторону противника «рогами» (крыльями). Для усиления флангов выделялось дополнительное охранение — канбул.

Главные силы сосредотачивались в центре с выделением авангарда и арьергарда. При наступлении первыми с противником соприкасались канбулы «рогов» и авангард центра. Задача «рогов» заключалась в том, чтобы охватить неприятеля и либо атаковать его фланги, либо обойти и взять в окружение. Авангард центра, завязав бой, обычно обращался в притворное бегство. Если враг увлекался преследованием, то втягивался в ловушку, подставляя под удар свои фланги. Если приманка не срабатывала, то противника пытались сковать постоянными наскоками, пока «рога» занимались охватом.

Главное тактическое изобретение Тимура заключалось в максимальном усилении арьергарда центра, который состоял из нескольких кошунов (корпусов) и представлял собой аналог стратегического резерва. Перед этим резервом Тимур обычно и располагал свою ставку.

При таком построении, именуемом «тактикой ежа», можно было примерно с одинаковой эффективностью как наступать, так и обороняться. Более того, даже окружение неприятелем не становилось само по себе катастрофой.

Предпочитая наступление, Тимур никогда не пренебрегал возможностью усилить свои позиции рвами и земляными укреплениями. Пехота имела большие щиты-чапары, воткнув которые в землю можно было выстроить подобие стенки.

Учитывая огромную численность войск, главная сложность заключалась в том, чтобы управлять такой массой. Перед сражением на Тереке Тимур разделил войско на семь больших соединений, возглавляемых самыми способными командирами.

Общим ориентиром на поле сражения всегда был стяг, развевавшийся в ставке главнокомандующего. Историки подметили, что во многих битвах, которые Железный Хромец едва не проиграл, стяги его противников как-то вовремя падали из-за каких-то глупых случайностей, а вражеские командиры в самые ответственные моменты внезапно перебегали на его сторону.

Отсюда делается вывод, что Тимур хорошо владел такими науками, как шпионаж, диверсии, подкуп. И во всяком случае, у него была великолепно поставлена конная разведка.

Гроза идет с юга

С наступлением весны, примерно в начале марта 1395 года, противники стали готовиться к решающей схватке.

Тохтамыш разослал по ордынским землям гонцов с приказами собирать отряды и высылать их к Тереку. Пока же он выдвинул имевшиеся под рукой отряды эмира Казанчи, задача которых заключалась в том, чтобы постоянными нападениями задержать продвижение войска Тимура.

Казанчи сделал что мог и на переправе через Койсу даже соорудил укрепления, но остановить или сколь-нибудь замедлить Железного Хромца у него не получилось.

Впрочем, времени для концентрации своего войска Тохтамышу хватило, и в соответствии с первоначальным планом Тимура он встретил на берегах Терека.

Железный Хромец не собирался атаковать противника и одновременно форсировать реку. Для усыпления бдительности Тохтамыша он приказал воздвигнуть хорошо укрепленный лагерь. Ордынцы немного зевнули и пропустили удар. Стремительно переправившийся через Терек авангард Тимура разрушил их укрепления и, захватив плацдарм перед бродом, обеспечил переправу главных сил Железного Хромца.

Исходя из схемы «хилял», армии приступили к развертыванию. Источники указывают минимальную численность войска Тимура «в три раза по сто тысяч». У Тохтамыша войск было если и меньше, то ненамного.

14 апреля Тимур приступил к строительству укрепленного лагеря, теперь уже не для показухи, а настоящего: со рвом, вбитыми на валу кольями и выставленными большими щитами.

Тохтамыш ночью то ли предпринял небольшое нападение, то ли ограничился демонстрацией. Панегиристы Тимура сообщают, что ордынцы, подойдя к лагерю, «ударили в барабаны и литавры, затрубили в рога и подняли военный клич», но враги «не обратили на них внимания».

Критический день Тимура

Настоящее сражение началось утром. Ордынцы атаковали канбул левого фланга Тимура, а когда тот получил подкрепление, обратились в бегство.

Это бегство, разумеется, оказалось ложным, но Железный Хромец почему-то заглотил наживку и выделил в погоню около тысячи отборных всадников из резерва.

Дальше все развивалось по банальной и даже приевшейся схеме. «Беглецы» вывели преследователей на главные силы своего центра, которые тех благополучно и разгромили. Уцелевшие конники бросились к своим и посеяли панику. Разгоревшийся на левом фланге незначительный бой привел к тому, что ордынцы неожиданно оказались перед самой ставкой Тимура.

Судя по всему, Железный Хромец даже запаниковал, и, во всяком случае, ему пришлось думать о собственном спасении.

К счастью для него, рядом оказались опытные командиры, которые распорядились организовать преграду из связанных обозных телег.

К эпицентру сражения с противоположных сторон устремились и отряды Тимура, и ордынцы. Положение спас сын Железного Хромца Мухаммед-Султан, прибывший с шестью ко-шунами главного резерва.

Однако ордынцы под командованием Иса-бия и Яхши-хаджи добились заметного успеха на левом фланге. Панегиристы умалчивают, как именно вел себя Тимур в эти драматические часы. Зато российский историк Николай Карамзин, основываясь на неизвестных источниках, поет гимн его мужеству: «Сей свирепый герой, рожденный быть счастливым, умел твердостью исторгнуть победу из рук Тохтамышевых: окруженный врагами, изломав копье свое, уже не имея ни одной стрелы в колчане, хладнокровно давал вождям повеление сломать густые толпы неприятельские. Стрелки его, чтобы остаться неподвижными, целыми рядами бросались на колена, и левое крыло шло вперед».

Кое-что Карамзин, наверное, преувеличил, но факт, что на противоположном крыле бодро наступавшие ордынцы подверглись мощному засадному удару войск Джеханшаха и Хаджи Сейф-ад-дина, не вызывает сомнений. Это позволило свести первый день битвы к ничейному результату.

Падение Тохтамыша

16 апреля Тохтамыш начал атаку на этом же участке и поначалу добился успеха. Попав в окружение, Тимур снова выставил стену щитов и, осыпая врага стрелами, продержался др подхода ко-шунов резерва Дженаншах-багатура, мирзы Рустема и Умар-шейха.

Борьба на других участках шла с переменным успехом, пока в какой-то момент и по не совсем ясным причинам счастье не стало склоняться к Тимуру. Вероятно, сыграл свою роль более высокий уровень подготовки его командиров. Упоминается, впрочем, еще один факт. На сторону Железного Хромца со своей дружиной перешел некий Актау. По одной версии, его подкупили, по другой — он крепко обиделся на Тохтамыша, отказавшего ему в выдаче перебежчика из войска Тимура, некоего Кунча-оглана (к которому у него были личные счеты). Компанию Актау составили еще двое эмиров. «Вследствие этого расстроилось войско Токтамышево и стрелы желания его не попадали в то место, в которое они пускались».

Вероятно, именно от перешедших к нему эмиров Тимур узнал, что более всего ослаблен левый фланг ордынского войска. Именно туда он и направил главный удар на третий день битвы.

Командовавший здесь ордынцами Йаглибай Бахадур вызвал на бой вражеского предводителя Османа. Перед поединком он зачем-то приказал связать ноги своей лошади цепью. Лошадь, разумеется, упала, придавив седока, и Осман, «воспользовавшись удобным случаем, отделил голову Йаглибай Бахадура от тела».

К вечеру левое крыло Тохтамыша было полностью разбито, и его крах привел к бегству всего ордынского войска. Сам Тохтамыш ретировался на север, преследуемый Тимуром. Один из уцелевших ордынских военачальников, некий Удурку, выбрал противоположное направление и, создав у подножия Кавказских гор опорную базу, попытался сформировать из беглецов новое войско. Узнав об этом, Тимур прекратил погоню за Тохтамышем, развернулся на юг, разгромил Удурку и, взяв его в плен, приказал отвезти в Самарканд в железной клетке.

Тохтамыша это спасло, но восстановить единство Золотой Орды было уже никому не под силу.

Успокоившись за целостность своих северных рубежей, Тимур занялся ближневосточными делами. Что касается Тохтамыша, то после многих перипетий он выгрыз себе небольшое ханство в районе Тюмени, где в 1406 году и был убит в ходе очередной никому не интересной провинциальной «разборки».

Дмитрий МИТЮРИН

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *