Полный Овсайд

футбол_война_сальвадор_гондурас

Полный Офсайд

Футбол стал поводом для войны меж ду двумя странами!

Расположенные в Центральной Америке государства принято называть банановыми республиками. Указанный фрукт традиционно являлся главной статьей их экспорта в США, причем и производство, и товарный поток контролировались коварными янки в лице «Юнайтед фрут компания. Бороться с монополистом было себе дороже, что доказывал пример свергнутого в 1954 году гватемальского президента Хакобо Арбенса.футбольная_война_сальвадор_гондурас

Футбольную войну между Сальвадором и Гондурасом обычно вспоминают с иронией — как анекдотический пример того, до чего могут довести футбольные страсти. На самом деле конфликт имел экономическую подоплеку, и, вполне вероятно, американские спецслужбы подбросили в этот костерок дровишек.

Эти недобрые соседи

Центральноамериканские президенты предпочитали быть послушными Белому дому. Но вольнодумные мысли порой закрадывались и в самые лояльные головы. В 1960-1963 годах пять банановых республик — Гватемала, Сальвадор, Гондурас, Никарагуа и Коста-Рика — создали Центральноамериканский общий рынок (ЦОР), что внешне не было направлено против Белого дома, — свободный рынок, свободная торговля.

Однако интеграция банановых республик Белому дому не нравилась, а потому янки подогревали конфликты между странами, правители которых любили подсчитывать, кто из них кого кормит.

Особенно много противоречий накопилось между Сальвадором и Гондурасом. По территории Гондурас превосходил западного соседа почти в шесть раз (21 тысяча против 120 тысяч квадратных километров). Но разница в численности населения была менее ощутимой — примерно в полтора раза (около 7,5 миллиона гондурасцев против 5 миллионов сальвадорцев).

Сальвадор имел кое-какую промышленность и, поскольку торговал не одними бананами, получал в рамках ЦОР больше преимуществ. В Гондурасе это было наглядно видно по обилию обувных магазинов, открытых сальвадорскими коммерсантами.

Зато в Гондурасе было больше свободных земель, на которых с 1930-х годов, зачастую самовольно, селились мигранты из Сальвадора. В 1961 году гондурасские власти занялись изъятием таких участков в пользу своих граждан. При этом из 200 тысяч мигрантов гражданство Гондураса имели не более 50 тысяч, а попытки остальных сменить паспорта упирались в бюрократическую стену. Начались принудительные депортации.

В обеих странах хватало проблем, и президенты Гондураса Лопес Арельяно и Сальвадора Санчес Эрнандес были не прочь выступить в роли защитников национальных интересов. Как только зазвучал лозунг «Гондурас для гондурасцев», в Сальвадоре озаботились судьбой соотечественников.

Однако для подъема мощной патриотической волны рассказов о засилье сальвадорских обувщиков и насилии гондурасской полиции по отношению к несчастным мигрантам-сальвадорцам было все-таки маловато. И тут как раз подоспел повод.

Какая боль! Какая боль!

И Сальвадор, и Гондурас, вероятно в силу скромных размеров, не относились к числу таких великих футбольных держав, как Бразилия или Аргентина. Но в ноябре-декабре 1968 года обе сборные вышли в полуфинал отборочного тура, разгромив своих соперников по группам. Гондурас одержал победы над Коста-Рикой и Ямайкой, а сборная Сальвадора вообще впервые воспарила так высоко, повергнув Нидерландские Антильские острова и Голландскую Гвиану.

Теперь соседи должны были сойтись в полуфинале, сыграв на полях соперников по одному матчу. В случае если каждая команда победит по разу, судьба противоборства решалась в третьем матче — на нейтральной территории.

Дальше события развивались так, словно кто-то специально старался разогреть болельщиков до предела.

Первый матч прошел б июня 1969 года в столице Гондураса Тегусигальпе. Местные фанаты всю ночь бесновались перед отелем, где ночевала сальвадорская сборная, а на следующий день, празднуя «триумфальную» победу 1:0, громили принадлежавшие сальвадорским коммерсантам магазины.

Зато на родной земле в матче 15 июня сальвадорцы со счетом 3:0 буквально раскатали противника. На церемонии исполнения гимнов вместо гондурасского флага, якобы по ошибке, подняли грязную тряпку. И боль в сердцах гондурасцев сменилась яростью. Начались погромы мигрантов с десятками трупов. Еще десятки тысяч людей бежали на историческую родину.

24 июня Сальвадор приступил к мобилизации, 26 июня разорвал дипломатические отношения с соседом, а 27-го в Мехико прошел матч, поставивший финальную точку в футбольном противоборстве.

Со счетом 3:2 в дополнительное время победила сборная Сальвадора. Разумеется, по мнению гондурасцев, судей купили. Теперь выяснение отношений переместилось с футбольных полей на поля сражений.

«Юнайтед фрут» потирает руки

Война продлилась шесть дней, с 14 по 20 июля 1969 года, но не именовалась шестидневной, поскольку война с таким названием два года назад уже отгремела на Ближнем Востоке. Да и вообще «Футбольная война» звучало как-то поэкзотичнее. Интересно, что за военную пропаганду в Гондурасе отвечал пиар-специалист из «Юнайтед фрут компани».

Если простые граждане руководствовались эмоциональным порывом, то правительства и армейское командование двух стран действовали вполне рационально. Войска мобилизовывались, стягивались к границе, самолеты вторгались в чужое воздушное пространство, ведя авиаразведку, а ПВО палила по ним из зениток.

14 июля в Гондурас вторглась сальвадорская группировка генерала Альберто Медрано в составе пяти пехотных батальонов и девяти рот Национальной гвардии. Наземное наступление было подкреплено авиаударами по аэродрому Тонконтин в Тегусигальпе и ряду других объектов. Один из сбитых сальвадорских самолетов приземлился на территории Гватемалы, где был интернирован. Гондурасские ВВС в свою очередь атаковали авиабазу Илопанго, повредив взлетно-посадочную полосу и нефтехранилища.

За первый день наступления сальвадорские войска продвинулись на восемь километров и заняли две деревушки. А дальше сопротивление гондурасских войск усилилось и начались проблемы с логистикой. Из Тегусигальпы на самый угрожаемый участок фронта четырьмя транспортными самолетами перебросили батальон президентской гвардии.

Пик противостояния пришелся на 17 июля, когда ожесточенные бои разгорелись вокруг столицы одного из гондурасских департаментов, города Нуэва-Окотепеке.

Считается, что именно в этот день произошел последний в истории бой между поршневыми самолетами: три гондурасских истребителя F4U-5N против двух сальвадорских F-51D «мустанг». Впрочем, вероятно, было даже два или три боя с путаными результатами. Каждая из сторон заявила, что потеряла по одному своему самолету, сбив четыре самолета противника.

Представители мировой общественности с удивлением наблюдали за происходящим. Организация американских государств (ОАГ) решила выступить в роли посредника и 18 июля добилась заключения перемирия, которое, впрочем, продлилось всего шесть часов.

Гондурасские самолеты отбомбились по позициям противника напалмом — так же, как американцы бомбили в то время вьетнамцев. Но здесь все же выясняли отношения соседи, поссорившиеся из-за футбола.

Смерть Патриотки

После первого матча, проигранного сборной Гондураса (6 июня 1969 года) в Сан-Сальвадоре, 18-летняя болельщица Амелия Боланьос застрелилась, будучи не в силах пережить «позор своей Родины». Ее похороны, показанные по телевидению, сплотили нацию и повлияли на результат матча-реванша 15 июня.

На следующий день сальвадорцы подняли свой флаг на центральной площади Нуэва-Окотепеке, после чего Санчес Эрнандес заявил, что не сложит оружия, пока гондурасское правительство не гарантирует безопасность его соотечественникам. Однако победа выглядела как-то неубедительно. Гондурасские войска отбили атаку в районе селения Сен-Пой, а их ВВС разбомбили военную колонну. В общем, новое предложение ОАГ о перемирии обе стороны встретили благосклонно.

Режим прекращения огня вступил в силу в четыре часа дня 19 июля. Хотя и на следующий день кое-где постреливали.

Общие цифры потерь оцениваются в диапазоне от 2 тысяч до 12 тысяч убитых с обеих сторон. Формально победа осталась за Сальвадором, захватившим около 400 квадратных километров вражеской территории. Но после переговоров Сальвадору пришлось ко 2 августа вывести войска, так и не получив никаких репараций.

ОАГ разместил в Тегусигальпе специальную комиссию, следившую за соблюдением прав мигрантов-сальвадорцев. Однако от четверти до половины их (60-130 тысяч) предпочли от греха подальше вернуться на родину. Прибытие сограждан в Сальвадор усилило там безработицу, что сыграло не последнюю роль в общем ухудшении экономической ситуации в стране. Так что сальвадорская гражданская война 1979-1992 годов является в определенном смысле продолжением Футбольной.

Ни о каком совместном пребывании двух стран в Общем рынке речи уже не было, так что в «Юнайтед фрут» могли быть довольны.

Владислав ФИРСОВ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *